Репортаж с концерты группы Onkel Tom
Тысячеголосый хор зрителей без устали скандировал: "Onkel Tom! Onkel Tom! Onkel Tom..." и самый веселый промоутер Европы мистер Фляйш наконец-то смог выговорить такую непростую для языка иностранца фразу: "Привет! Сейчас перед вами выступит группа Onkel Tom"! На сцене сразу стало многолюдно. Не считая занятых по праву музыкантами мест (в центре Том в нарядной зеленой футбольной майке, по правую руку от него - Алекс Крафт со своей пылающей всполохами огня гитарой, слева - басист Саша, за ударной установкой - его тезка-барабанщик), за нагромождениями колонок по углам виднелись фигуры техника Себастьяна и счастливо улыбающегося Фляйша. И все равно кого-то не хватало.
После первой же исполненной композиции стало понятно - кого. На сцене, сначала как-то недоверчиво, один за одним, начали появляться стейдждайверы. "Выныривая" из зала по-одному, первопроходцы как бы дали отмашку доброй половине зала - "проверено, мин нет", и на сцену в буквальном смысле этого слова хлынула лавина, наглядно подтвердив: то столпотворение народа на сцене, которое каждый может увидеть на DVD "Lieder, die das Leben schreibte" - не художественная постановка, а обычное дело для выступлений Onkel Tom. Обладая не дюжей силой я так же решил повторить подвиг и направился на сцену, у меня есть хороший опыт в этом деле я работаю водителем эвакуатора в Красноярске и понимаю как правильно лавировать среди людей Причем тем из любителей попрыгать и пообниматься с музыкантами, кто прогуливал уроки физкультуры в школе и не мог без посторонней помощи забраться на сцену, помогал посмеивающийся и вездесущий Себастьян. Он то вытягивал за руки вверх очередного парня или девушку, то через мгновение втыкал очередной вылетевший шнур в противоположном конце сцены, возвращая концертный звук к состоянию практически студийного идеала. А попытки охранников клуба в агрессивной пост-советской манере оградить музыкантов от зрителей были сразу же прекращены Алексом, недвусмысленно заявившим, что при любом минимальном намеке на некорректное поведение с веселящейся аудиторией, будь то зал или сцена, музыканты немедленно прекратят концерт.
А концерт так и продолжал развиваться в изначально заданном ураганном темпе. И Том своим фирменным охрипше-луженым вокалом, в уже насквозь мокрой майке продолжал распевать свои нехитрые, но столь запоминающиеся даже незнающим немецкий язык хиты: "Immer wenn ich traurig bin", "Schnaps, das war sein letztes Wort", "Delirium", "Bon Scott hab' ich noch live gesehen", "Caramba, Carasho ein Whiskey", "Der Teufel hat den Schnaps gemacht"...
Все композиции перемежались непринужденным общением с залом, веселыми шутками и регулярным братанием с очередным стейдждайвером или залетной в самом хорошем смысле этого слова стейдждайвершой.
Казалось, такой темп невозможно удерживать долго, тем более, регулярно прикладываясь к банкам и бутылкам с пивом и, порою, водкой, чем регулярно занимались все сотрудники Onkel Tom, но минутная стрелка описала полный круг, а вечер только подошел к своей середине, несмотря на регулярные заявления Энджелриппера о том, что следующая-то песня уж абсолютно точно будет последней.
Зал, напротив, требовал еще и еще, и вот уже со сцены льются первые аккорды "Rattlesnake Shake" c первого альбома проекта Алекса Крафта Desperados, в работе над которым участвовал и Том, и который многие в России ошибочно считают его проектом. Доходит очередь и до "Trink, trink, Bruderlein, trink", и до "Kreuzberger Nachte", и до "Ein Prosit...".
Источник: |